После падения режима Башара Асада в декабре 2024 года Сирия столкнулась с крайне сложной задачей — разоружить сотни тысяч вооружённых людей и объединить страну. За почти 14 лет войны в стране сформировались десятки вооружённых структур: от бывших сил режима и оппозиционных группировок до курдских формирований СДС, южных милиций, а также ИГИЛ и «Аль-Каиды».
Как сообщает ArabiToday,переходные власти начали распуск старой армии и процесс «урегулирования статуса», позволив бывшим военнослужащим либо вернуться к гражданской жизни, либо вступить в новую армию. Однако часть вооружённых элементов, особенно на побережье, отказалась от интеграции и перешла к подпольному сопротивлению, что привело к всплеску насилия весной 2025 года.
Параллельно власти реформируют сектор безопасности: Министерство обороны постепенно уступило внутреннюю безопасность Министерству внутренних дел, чьи новые силы общественной безопасности смогли заметно снизить уровень насилия, особенно в прибрежных районах.
Наиболее острые вызовы сохраняются на северо-востоке и юге страны. Переговоры о включении курдских сил СДС в государственные структуры зашли в тупик и уже привели к боям в Алеппо. В провинции Сувейда друзы сформировали собственные вооружённые структуры при внешней поддержке, что усилило региональную напряжённость и наркотрафик в сторону Иордании.
В целом процесс интеграции вооружённых групп остаётся незавершённым и напрямую зависит от внутренней политики и региональной геополитики. Пока эти факторы сохраняются, они будут источником нестабильности для сирийского переходного периода.
